Почему возникает разлад в семье после рождения ребенка?

кризис в семье после рождения ребенка

О чем не предупреждают молодых родителей?

С баннеров социальной рекламы, из роликов телерекламы, с буклетов в отделах детских товаров и с плаката в женской консультации смотрят пухлые розовые младенцы, счастливые улыбающиеся красивые мамы и гордые сильные папы. Эти дети охотно и правильно прикладываются к полной молока груди, с аппетитом едят овощное пюре из баночек, ловко ползают в лучших в мире впитывающих подгузниках и весело смотрят на мир из классных удобных колясок.

Впервые готовящаяся к родам женщина представляет, как она накормит своего младенца самой полезной кашей из коробки, наденет на него модный комбинезончик, посадит в слинг и пойдет… Да куда угодно она пойдет! В магазин, в ресторан, в фитнес-клуб, в салон красоты, а то и на работу. Ведь давным-давно придумана такая наука, как тайм-менеджмент, и эту науку успешно адаптируют и применяют современные продвинутые идеальные матери. Вернувшись домой, мама положит довольного младенца в кроватку из экологически чистого материала, включит ему рекомендованный психологами мобиль и пойдет принимать душ, готовить ужин и ждать папу, который по приходе домой с работы поест и будет увлеченно играть в развивающие кубики с довольным отпрыском.

Потом уставшего ребенка искупают в сверхустойчивой ванночке со специальным антискользящим покрытием, покормят грудью и положат снова в экологически чистую кроватку, где он спокойно проспит до утра, а мама и папа в это время станут друг для друга страстными любовниками.

Прочитав сейчас все это, готовящаяся к первым родам женщина подумает, что все так идеально быть не может, что где-то скрыт подвох? Где здесь подвох? Везде. В каждом слове – от первого до последнего. Это подтвердит любая уже родившая и вырастившая ребенка хотя бы до одного-полутора лет мать. Вся эта картинка, нарисованная словами, годится для очередной социальной рекламы ряда «ура! теперь мы семья». Любому государству нужны граждане, а производителям – потребители, поэтому детско-родительская индустрия направлена на популяризацию рождения детей.

Но молодых родителей и только готовящихся к этой роли людей не предупреждает, как оно бывает на самом деле. И эта игра в молчанку приводит к тому, что наступает кризис в семье после рождения ребенка и былые отношения рушатся, супруги чувствуют себя обманутыми и несчастными, а число разводов резко возрастает.

Кризис в семье после рождения ребенка стал настолько обыденным делом, что когда молодая мать жалуется на отсутствие помощи со стороны мужа, на нехватку времени, на скуку и тоску дома, ее называют зажравшейся лентяйкой и требуют благодарить мужа за то, что не ушел. В результате растерянная женщина остается один на один со своей проблемой и тихо начинает разрушаться как личность. А ведь куда проще и безопаснее было бы предупредить родителей о том, что их ждет после выписки ребенка из роддома.

Что будет после рождения ребенка на самом деле?

Семейный кризис после рождения малыша

Маме и папе нужно приготовиться к следующему:

  • Спать они будут меньше и хуже, а то и по очереди, пока у ребенка не закрепится устойчивый режим дня. Считается, что маме ночью спать необязательно – она не ходит на работу, а «сидит дома». Право на сон предоставляется только папе – он же добытчик, кормилец, единственный работник в семье и все такое. Но где тогда мать возьмет силы на уход за ребенком, если не будет спать ни днем, ни ночью? Поэтому папе необходимо дать маме возможность выспаться. Придя с работы и поужинав, он может взять коляску и пойти с ребенком на вечернюю прогулку, а жена в этом время примет душ, сменит испачканную молоком и срыгиваниями одежду и поспит.
  • Есть придется в ускоренном темпе и не так разнообразно питаться, как до рождения ребенка. Малыши обычно не любят долго ждать, пока родители поедят. Долго в понимании младенца – это полминуты и больше. Отличный помощник для матери грудного ребенка – мультиварка. В ней хорошо готовить супы, каши, мясо и рыбу, паровые овощи и котлеты. Другая помощница – микроволновка. В не можно не только размораживать и разогревать, но и готовить бисквиты, запеканки, кексы, рагу. Стиральная машина настолько привычный бытовой прибор, что даже не обсуждается. Без нее тяжело обходиться даже семье без ребенка, не говоря уже о семье с ребенком. Чтоб совсем уж разгрузить мать от хлопот по дому, можно приобрести посудомоечную машину и робот-пылесос.
  • Секс будет редкий, очень быстрый и предельно тихий. Первые 42 дня после родов женщине запрещена интимная близость. Да и вряд ли она захочет ее сама, даже если роды прошли легко и без осложнений. Если же роды были осложненными – путем кесарева сечения, с применением эпизиотомии, с наложением щипцов, сопровождались разрывами, то первый послеродовой секс может откладываться до полугода, поскольку женщине в это время не то что вступать в интимные отношения, — дышать и двигаться больно. Близость будет, когда ребенок спит либо гуляет с кем-то из родственников. Если ребенок спит, то любой мало мальски громкий звук может его разбудить, и романтический настрой улетучится с первым же ревом. Кстати, молодой маме поначалу не захочется близости даже при нормальном состоянии здоровья. Скачок гормонов после родов направляет все ее действия и желания на сохранение и вскармливание потомства, а не на продолжение рода. Жена скорее захочет покусать мужа от досады на его ласки, чем подарить ответную ласку.
  • Внешность жены. Молодому папе нужно помнить, что тело жены после родов не вернется к тому виду, который прельстил его до свадьбы. На коже бедер, живота и груди появятся растяжки, сначала они будут красные, потом побледнеют, но никуда не уйдут, что бы там ни обещали производители суперкремов. Жена не сразу вернутся к прежнему «добеременному» размеру одежды, а может и не вернется никогда, если грудь по окончании кормления не уменьшится, а бедра еще до родов сильно расширятся под воздействием гормона релаксина. Изменения фигуры и внешнего вида – это жертва за возможность быть матерью и широко рекламируемое счастье материнства.
  • Экономическая нагрузка. Питание кормящей матери должно быть гипоаллергенным, а это дорого. Если молока нет или не хватает, нужны качественные смеси, а позднее — прикорм. С рождением ребенка тратится гораздо больше воды и электроэнергии на стирку пеленок и детской одежды. Ребенок «оплачивает» пользование лифтом и вывоз мусора. Подгузники и крем от опрелостей довольно дороги. Детские лекарства могут опустошить месячный семейный бюджет.

Почему «раньше так не было»?

Любимый аргумент наших сограждан, который ставят в упрек ничего не успевающим и отчаявшимся матерям таков: раньше по 10-15 детей в поле рожали, огород держали, за скотиной ходили, дом вели, а подгузников, мультиварок и стиральных машин в помине не было. При этом все успевали, на мужей не жаловались и депрессий не знали. Эти сограждане еще любят цитировать «Домострой», который никогда не читали.

Все так, но и дети далеко не все выживали, матери тоже часто гибли от тех самых полевых родов, а ценность ребенка была, честно говоря, меньше, чем ценность коровы. Корова – кормилица, а ребенок – только дополнительный рот до того времени, когда не начнет помогать по хозяйству. Поэтому сохранностью всех детей особо не были озабочены, к младенческой и детской смертности относились философски-спокойно – бог дал, бог взял.

Сначала скажем о папе того прекрасного времени, когда в семье было десять детей, корова, куры и огород. Он сам происходил из многодетной семьи (иначе просто не могло быть, рожали столько раз, сколько беременели, а беременели благодаря естественному отбору, крепкому здоровью и натуральному питанию часто, почти ежегодно), поэтому к младенцам относился спокойно. Они его не раздражали и не занимали. Дети, телята, ягнята, щенки и цыплята возрастали за полу избы и считались приплодом. Это все, что нужно знать о раннем развитии и постнатальном воспитании в те восхваляемые «домостроевцами» времена.

Теперь о маме десяти детей, хозяйке огорода и коровы. Она обладала от природы могучим здоровьем, поэтому легко переносила беременности и роды. Девочки со слабым здоровьем до детородного возраста не доживали либо на них не женились, и они поэтому не рожали. Мама любила своего ребенка, но не боготворила его (это вообще не было принято – обожать детей), поэтому к родительству относилась ровно. Она могла брать его с собой на скотный двор, в поле, на речку, когда стирала белье или рыбачила вместе с мужем. Выживет ребенок или нет, зависело от крепости его иммунной системы. Выжившие давали такое же крепкое потомство.

Что касается депрессий, то мы о них не знаем. Клинические депрессии тогда не то что не лечили, но даже не диагностировали. Поэтому если молодая мать сходила с ума (это так называлось в описываемое время), ее помещали в лечебницу под надзор, где пациенты долго не жили. Если она совершала самоубийство, то ее просто хоронили за кладбищенской оградой без отпевания, и жизнь в семье продолжалась.

Современные матери заперты в четырех стенах с младенцем и чувствуют себя приложением к ребенку, назначение которого – выполнять грязную работу. Мать того времени не была изолирована. Она жила в семье свекров, с незамужними сестрами, с женатыми и неженатыми братьями мужа, невестками, старшими детьми и племянниками. Поговорить и попросить приглядеть за ребенком не было проблемой.

Тогдашняя семья после рождения ребенка не теряла практически ничего в экономическом смысле. Им не нужно было платить за коммунальные услуги, расходы практически не увеличивались за счет ведения собственного хозяйства. Лекарства детям покупались редко, потому что медицинская помощь была развита только в очень крупных городах и не была доступна абсолютному большинству.